Глава четвертая 3 страница

— И как же меня теперь зовут?

— Джасмин аль-Хуссейн Кольридж-Донован Заманат.

Глаза ее расширились, рука замерла в воздухе. Она перестала жевать.

— Прелестно! Ну и набор! Я и не знала, что должна сохранить девичью фамилию.

— Мы в Зюльхейле издавна приучены холить и лелеять женщин, — лениво протянул он. — Потому-то и не требуем, чтобы они меняли религию при замужестве. Выбор только за тобой.

Последние слова согрели ей душу. Да, снова подумала она, значит, надежда есть.

— Выходит, фамилия твоей матери — Донован? Тень пробежала по его лицу, но ответил он непринужденно:

— Ты же знаешь, она была ирландкой. Когда у нас появятся дети, то у Глава четвертая 3 страница них будет фамилия аль-Хуссейн Кольридж Заманат. Фамилия царствующего дома — аль-Хуссейн Заманат, но дети носят также и фамилию матери.

Тарик с любопытством взглянул на Джасмин, так как она ничего не ответила. Она тут же покраснела и опять принялась за еду. Мысль о том, что ей предстоит родить от Тарика ребенка, была и сладостной, и горькой одновременно. Она помнила, что обязана открыть ему свою тайну... Но позже.

— У тебя ее глаза.

Тарик отвернулся на нее и стал всматриваться в полумрак.

Джасмин испытала боль за него. Каждый человек имеет право на личное горе. В том числе и шейх. Она решилась Глава четвертая 3 страница было высказать ему свое сочувствие, но он взял в руки поднос с тарелкой, поставил его на пол и толкнул Джасмин на кровать.

— Хватит разговоров.

Тарик не был расположен говорить о своих родителях. Утрата их причинила ему самые острые страдания. То, что открылось ему после их смерти, едва не свело его с ума. Его прекрасная, нежнейшая мать умирала от рака, и катастрофа произошла тогда, когда родители возвращались из клиники.

Отогнав от себя воспоминания, он прижал Джасмин к матрасу. Ему понравилась ее полная покорность. В тех наслаждениях, которые обретут их тела, нет никаких секретов. Прочь предрассудок, утверждающий, что не бывает Глава четвертая 3 страница страсти без эмоциональных последствий, и потому незачем уступать этому маленькому существу женского пола, ее ласковым улыбкам, ее пьянящей сексуальности. Она не найдет опоры в пустотах его души...

Два дня спустя Тарик повел ее в башенку, расположенную в конце их апартаментов. Джасмин всплеснула руками и воскликнула:

— Чудесно!

Комната, три стены которой состояли из чистейшего стекла, была залита солнечным светом. Мина сделала несколько танцевальных па, и пылинки заплясали в лучах света, словно их развеселил ее смех. Грудь Тарика сжалась. Похороненные в ней чувства напомнили о себе. Вот с какой легкостью Мина забрала в руки его сердце.

Потрясенный своей беззащитностью перед Глава четвертая 3 страница женщиной, чья верность не принадлежала ему, Тарик постарался подавить нахлынувшую на него нежность.

— Что именно чудесно?

Джасмин, застигнутая врасплох его холодным тоном, замерла и смущенно пролепетала:

— Эта комната. Я подумала, что ее можно оборудовать для моей работы. Это можно?

— Мина, это твой дом. Делай все, что пожелаешь.

Она улыбнулась и обняла Тарика. Он не отреагировал, и она поспешно отошла, чтобы он не успел оттолкнуть ее.

— Спасибо. — Она подошла к одному из окон и выглянула в уединенный сад. — А это место отлично подошло бы для твоих занятий живописью. Где твоя студия?



Почувствовав босыми ногами легкую вибрацию, она поняла, что Тарик приблизился к ней Глава четвертая 3 страница. Положив руку ей на плечо, он повернул ее к себе.

— Мина, я шейх. У меня нет времени на такие вещи.

Джасмин сдвинула брови.

— А ведь ты любил рисовать.

Она берегла как зеницу ока картину, которую он написал для нее в Новой Зеландии. Эта картина стала для нее своеобразным талисманом, рядом с которым она предавалась потайным мечтам.

— Не всегда удается делать то, что любишь.

— Это верно, — согласилась она.

Ее поразила та интонация неумолимости, которую она уловила в его словах. Снова у нее появились сомнения в том, что она сможет достучаться до него, однако она отогнала их.

Тарик сомкнул руки Глава четвертая 3 страница на ее шее и погладил большими пальцами чувствительную кожу. Его глаза были полуприкрыты.

— На свадебное путешествие у нас нет времени, но завтра я планирую посетить одно из живущих в пустыне племен. И ты поедешь со мной.

Он не оставлял Джасмин выбора, да выбор, в сущности, не был ей нужен. Четыре года прошли для нее в разлуке с ним. Хватит.

— Куда мы поедем?

Ее кожу как будто прожгло огнем. Тарик погладил одно место на ее шее.

— Утром я оставил на тебе отметку.

— А я и не подумала, когда надевала эту блузу. — Она накрыла его руку своей ладонью.

Тарик пристально посмотрел на Глава четвертая 3 страница нее, и его зеленые глаза сделались почти черными.

— Мина, ты моя во всем.

Она не знала, как ей реагировать на этот тон собственника. Почти страшно быть женой этого опасного человека. Иногда перед ней возникал ее Тарик, но большую часть времени она видела лишь холодную, непроницаемую маску.

— Тарик, что... — начала она, изумленная, когда он начал расстегивать ее блузку.

Глаза ее округлились, когда она увидела склонившуюся к ней черноволосую голову и ощутила прикосновение его губ к ее груди. Они прожигали Джасмин насквозь. Затем он отстранился от нее, взял за руку и прикоснулся ее пальцем к пятну на ее Глава четвертая 3 страница груди.

— Посмотри и убедись, что ты моя. Ночью я сделаю так, что мы оба останемся довольны.

Он повернулся на каблуках и вышел из комнаты.

Джасмин чувствовала, что у нее подгибаются колени. Чтобы устоять, она ухватилась за оконную раму. Вторая ее рука против воли прикоснулась к груди. Итак, Тарик намеренно оставил на ней знак своей власти, своего обладания. Она вспомнила, как удовлетворение сверкнуло на его лице, как заострились скулы, как изогнулись чувственные губы. И содрогнулась. Отчасти от стремления к нему, а отчасти — от мучительной неуверенности. Она отказывалась думать, что Тариком движет исключительно похоть, — ведь иногда он бывает с ней по-настоящему Глава четвертая 3 страница нежен, но причиной появления этих «отметок» стало нечто куда более темное, чем любовь или ласка. Нечто такое, что рано или поздно разрушит их отношения, если она не дознается, что это такое и как этому противостоять.

Новый день встретил Джасмин и Тарика небом такой первозданной голубизны, прозрачности и такой незамутненной чистоты, что у Джасмин защемило сердце. Эта величественная красота и заставляла ее робеть, и дарила мужество.

Сначала им предстоял пятичасовой переезд из Зюльхейны в один из отдаленных районов Зюльхейля. Там они пересядут на верблюдов и отправятся в путешествие в небольшое, но имеющее большое значение пустынное поселение Зейна.

— Кто едет за Глава четвертая 3 страница нами? — поинтересовалась Джасмин, когда их лимузин выехал с территории дворца.

— С нами будут трое членов малого совета. — Тарик поманил ее пальцем, а когда она придвинулась к нему ближе, притянул ее к себе. В отличие от минувшей ночи, когда он действовал, как стальная машина, сейчас он был расслаблен и доволен тем, что просто обнимает ее. — Когда мы приедем, нас встретят двое дозорных из Зейны и проводят на заставу.

— Похоже, это неблизко.

— Это жизнь нашего народа. Мы не такие, как кочевники бедуины, потому что у нас есть города. Но наши города по большей части маленькие и удалены друг от друга.

Тарик Глава четвертая 3 страница опустил руку ей на затылок и принялся медленно и нежно поглаживать тонкую кожу. Она по-кошачьи выгнула спину.

— Какая же ты непонятная, Мина.

— В каком смысле?

Он провел пальцем по ее полуоткрытым губам.

— В моих объятиях ты свободна, естественна, а на людях — совершенная леди. Приятное сочетание.

Джасмин обвила руками его шею и отдалась его медленным, ленивым ласкам. Тарик не торопился. Усадив ее к себе на одно колено, он гладил ей груди и давал урок наслаждения от поцелуев.

— Хватит, Тарик, — выдохнула она и прервала поцелуй, почувствовав, как твердеет его плоть.

Его глаза подернулись сонной пеленой, в пылкости его желания Глава четвертая 3 страница невозможно было сомневаться, но он опустил полы ее платья и пересадил ее на сиденье.

— Точно, Мина. Иначе мне понадобятся часы и часы.

Джасмин, взволнованная, разгоряченная, скользнула в противоположный угол салона.

— Пока ты не занят, расскажи мне про Зейну.

Он смотрел на ее набухшие груди и улыбался довольной мужской улыбкой.

— Зейна — один из главных поставщиков Розы Зюльхейля. Мы еще не знаем, с чем это связано, но камень встречается только вблизи месторождений нефти. Это прихотливый кристалл.

Джасмин присвистнула.

— То есть у Зейны два источника доходов?

— Так могло бы быть, но вот уже не одно столетие племена Зюльхейля используют в экономике такую систему, что доход Глава четвертая 3 страница получают не только те, кто живет около сокровищ. Например, Роза Зюльхейля вывозится из Зейны в почти не обработанном состоянии. Она поступает к двум северным племенам, которые традиционно являются лучшими обработчиками в мире.

Джасмин было известно, что гордость Тарика имеет основания. Мастера из Зюльхейля повсеместно считаются волшебниками.

— Если камень можно добывать только возле нефтяных месторождений, почему Зюльхейна не стал нефтяным центром?

— Зюльхейна необычна во многих отношениях. Наши инженеры и геологи утверждают, что в этих краях нет ни капли нефти, — объяснил Тарик. — Поэтому наш дворец считается даром богов.

— С этим я не буду спорить, так он прекрасен, — улыбнулась Джасмин Глава четвертая 3 страница. — А какая цель нашей поездки?

— Наши племена разбросаны по всей стране, и я поставил себе за правило посещать каждое из них хотя бы раз в год. — Тарик вытянул длинные ноги. — Прости, но мне нужно прочитать доклады.

Он указал на бумаги, которые в начале поездки засунул в карман на обивке дверцы. Джасмин понимающе кивнула. Мысли ее были обращены к тому, что Тарик рассказал ей. Было очевидно, что он еще не вверил ей свою любовь, поэтому у него пока нет желания посвящать ее в государственные дела. В первый раз в жизни она чувствовала себя не просто сторонним наблюдателем. Надежда оживала в Глава четвертая 3 страница ее сердце. Она вынула из сумочки блокнот и принялась делать набросок платья цвета луны и серебра.

Тарик оторвался от чтения и покосился в ее сторону. Лицо Джасмин было сосредоточено, а линия губ заставляла предположить, что нечто интересное поглотило ее внимание. Тарик был заинтригован.

Когда они встретились впервые, Джасмин была студенткой, но учеба не занимала ее. Сейчас же она была полностью погружена в свое занятие. С некоторым удивлением Тарик осознал, что только сейчас воистину увидел взрослую женщину, которой стала его Мина. И ему захотелось поближе узнать эту новую Джасмин, женщину, от которой исходила угроза для его душевного покоя.

— Можно взглянуть? — попросил он Глава четвертая 3 страница.

Синие глаза с недоумением взглянули на него, но тут же на губах заиграла легкая улыбка.

— Если хочешь, пожалуйста.

При этом несмелом разрешении Тарик придвинулся к ней, положил руку на спинку сиденья и заглянул через ее плечо.

— Ночная рубашка.

— Я предполагаю использовать материю с серебряными блестками.

Он наклонился, чтобы лучше рассмотреть набросок, а его пальцы зарылись в ее мягкие волосы.

— А это красиво. Ты талантлива.

Щеки Джасмин порозовели.

— Правда?

— Да, правда. В следующем месяце должна прийти партия товаров из Разараха. Может быть, тебе понравится какая-нибудь материя. — Он обеспечит поставки образцов для Джасмин. — Расскажи мне о своих проектах Глава четвертая 3 страница.

С горящими глазами она начала рассказывать. В результате часть пути они проехали настолько незаметно и непринужденно, что это приятно удивило Тарика. Поскольку он занял престол, то не может позволить себе просто «быть» с кем-то. А Мина, ее смех, ее планы уносят его беспокойство. Но доверяет ли он ей так, чтобы раскрыться перед ней?

Глава пятая

— Мне страшно, — выпалила Джасмин.

— Страшно?

Она кивнула.

— Они такие большие и...

К ее удивлению, Тарик подошел к ней и мягко обнял.

— Не волнуйся, Мина, я буду приглядывать за тобой.

— Обещаешь? — Ее голос дрожал. — Придется сидеть так высоко, а я не переношу высоты.

— Смелее Глава четвертая 3 страница. Мина. — Он тронул большим пальцем ее дрожащую нижнюю губу. — Машина еще здесь; ты можешь вернуться домой.

Джасмин вскинула голову.

— Ты больше не хочешь, чтобы я ехала с тобой?

— Я не хочу, чтобы тебе было плохо.

Джасмин закусила губу.

— А скоро мы вернемся?

— Путь до Зейны занимает три дня. Если учесть обратный путь и время, которое придется провести там, то дома мы будем недели через полторы.

Полторы недели! Она не перенесет такой долгой разлуки!

— Я поеду. Можно мне сесть с тобой?

Он кивнул, и его ласковый поцелуй в губы означал одобрение ее выбора.

— Ты можешь уткнуться мне в грудь и Глава четвертая 3 страница закрыть глаза. Как будто легла в постель.

Джасмин вспыхнула. Да, она вправду любит спать, положив голову ему на грудь.

— Спасибо тебе, Тарик.

— Пожалуйста, жена. Идем. Нам пора.

Когда Тарик помогал ей взобраться на спину горбатого зверя, Джасмин подумала о том, что временами ее муж бывает самым заботливым мужчиной на свете.

Он оказался за ее спиной раньше, чем она успела испугаться. Оба они для путешествия надели просторные блузы и широкие шаровары; головы и шеи тоже были надежно прикрыты от палящего солнца.

Когда верблюд сделал первый шаг, внутри у Джасмин что-то неприятно перевернулось, но она мужественно смотрела вперед, твердо решив Глава четвертая 3 страница побороть страх. Бесконечная пустыня, как ни странно, радовала глаз и приносила покой. Расширенными глазами Джасмин жадно всматривалась в пейзаж до самого привала. Мерное покачивание на спине верблюда несколько смущало ее, но она не чувствовала тошноты, если только не смотрела на землю прямо под собой. А если быть честной до конца, то сильные руки мужа, держащие ее за талию, придавали ей уверенности в себе.

Но даже Тарик не мог избавить ее от боли в седалище. Когда они стали устраиваться на ночлег, она отошла подальше и встала в тени небольшого дерева, потирая зудящие ягодицы.

Услышав горловой смех Тарика, она резко обернулась; щеки ее Глава четвертая 3 страница пылали. Тарик стоял за нею, скрестив на груди руки. Она отвернулась.

— Не сердись, Мина. Просто я беспокоился, отчего ты не возвращаешься.

К ее изумлению, он принялся осторожно массировать ей больное место. Джасмин застонала; она чувствовала такое облегчение, что ей было не до смущения. Руки Тарика творили чудо, и вскоре она поймала себя на мысли, что готова предложить ему заняться любовью. Она слегка толкнула его в грудь и отошла на нетвердых ногах.

— Давай... давай лучше вернемся, а иначе пропустим ужин.

Вздох разочарования был отчетливо слышен в тишине.

— Ты права, Мина. Пойдем. — Когда они подходили к стоянке, он наклонился к Глава четвертая 3 страница ее уху и негромко сказал: — Обещаю, моя Джасмин, что ночью еще помассирую тебя. Не так уж тебя измучила эта поездка, чтобы я не мог прокатиться на тебе еще раз.

Жаркая волна накрыла ее.

Поджидавшие их в лагере мужчины бросили на нее взгляд и понимающе улыбнулись. Не обращая на них внимания, Джасмин опустилась рядом с Тариком. А он сел слева от нее и чуть подался вперед, оберегая ее от нескромных взглядов. Джасмин захотелось улыбнуться над его повадками собственника, но она не стала его дразнить.

И дело не только в том, что Тарик является шейхом в восточном княжестве, где мужчины смотрят Глава четвертая 3 страница на женщин как на собственность, даже если холят их и лелеют. Это — он. Скрытный человек, который всегда является людям в маске. Его гордость — неотъемлемая часть его закрытой натуры.

Он доступен для своих людей, добр к ним, но держится на расстоянии, как и подобает его аристократическому статусу. В Новой Зеландии он буквально заморозил родственников Джасмин, хотя ничем не обнаруживал своего совершенного презрения к их хитростям и уловкам. А вот Джасмин он согревал, веселил, поддразнивал. А главное — любил.

Четыре года спустя ей стало ясно, что человека, скрытого под маской, видела только она одна. Он доверял ей. Даже сейчас с ней он иногда бывает Глава четвертая 3 страница самим собой — в тех случаях, когда вроде бы забывает о прошлом. А в другие моменты он и перед ней носит маску — маску мужчины, который «владеет» ею. Это — всего лишь маска, говорила она себе. А под ней живет ее Тарик.

Вскоре они попрощались с остальными и удалились, решив заночевать не в палатке, а под звездами. Тарик принялся стелить постель на толстом слое каких-то растений, которые должны были предохранить их тела от жесткой земли, наподобие пружинного матраса. Закончив, он взял Джасмин за руку.

— Мина, запомни одно.

— Что?

— Сегодня — никаких звуков. Мы слишком близко к остальным.

— Ни единого, — чуть слышно пообещала Глава четвертая 3 страница она.

Она не издала ни единого звука, когда Тарик раздевал ее и раздевался сам. Она сумела хранить полное молчание, когда Тарик исполнял свое обещание расслабить ее мышцы в том месте, которое пострадало во время переезда. Она даже удержалась от крика, когда ее набухшие соски побывали у Тарика во рту. А потом его рука задвигалась между ее ног.

Джасмин укусила Тарика в плечо, а он продолжал играть с влажными складками между ее бедер, продолжал до тех пор, пока у нее еще оставались силы дышать. Она крепче впилась зубами в его твердый бицепс, чтобы не закричать. Наконец после пытки Глава четвертая 3 страница, которая, как показалось Джасмин, продолжалась долгие часы, Тарик приподнял ее бедра и одним ловким движением вошел в нее. И на этот раз она вскрикнула, уткнувшись в его шею, чтобы заглушить звук. А Тарик скрипнул зубами, чтобы подавить собственный крик восторга, и его лицо перекосилось от чрезмерного усилия.

Они лежали, переплетя руки и ноги, до тех пор, пока не почувствовали ночной холодок. Тогда Тарик скатился с Джасмин и сел, чтобы застегнуть предназначенный для двоих спальный мешок. Когда он снова улегся рядом с Джасмин, она обнаружила, что наделала. Глубокие красные следы зубов ужаснули ее.

— Нет!..

— Мина, что такое?

— Я тебя укусила Глава четвертая 3 страница.

Тарик улыбнулся.

— Я не в претензии. У нас впереди еще две ночи в пустыне. Может, оставишь мне еще парочку сувениров?

Джасмин эта шутка не развеселила.

— Тебе точно не больно?

— Поцелуй и убедись, — предложил Тарик.

Джасмин немедленно повиновалась; она провела по ранкам языком, затем нежно поцеловала.

— Теперь мне больно, — прошептал он, и твердый предмет, ткнувшийся в ее бедро, открыл ей смысл его слов. — Но нам завтра долго ехать. Тебе нужно набраться сил. Отвернись и не соблазняй меня.

Джасмин рассмеялась его ворчливому тону, но не прошло и минуты, как она уже спала. А когда проснулась, Тарик был уже одет. Судя по выражению его Глава четвертая 3 страница глаз, проснись Джасмин несколькими минутами раньше, выезд вполне мог бы быть отложен.

— Я хотел дать тебе поспать как можно дольше, но нам пора выезжать, если мы хотим добраться к следующему оазису до темноты.

— Я быстро. Дай мне десять минут.

Утро выдалось свежим, почти холодным; ни намека на огонь и жар, которые должны охватить землю, когда солнце поднимется выше. Заканчивая свой туалет, Джасмин думала о том, как точно отразились в ее муже тайны его родной страны.

Иногда Тарик — лед, иногда он — пламя. Джасмин успела испытать на себе и то, и другое с тех пор, как она в Зюльхейле. Четыре года Глава четвертая 3 страница назад лед был ей незнаком. Как случилось, что она знала лишь половину человека? Четыре года назад... Четыре потерянных года. Внезапно она обнаружила, что ей смертельно хочется узнать, как в эти потерянные годы проходила жизнь Тарика. Настолько хочется, что это желание вызывает в ней физическую боль. Тарик отразил ее попытки поговорить о прошлом, но она знала, что они не обретут покоя, пока тот разговор не состоится.

— Мина! Ты готова?

Джасмин раздвинула ветви, скрывавшие ее от Тарика. Он оттолкнулся от ствола дерева с пышной темно-зеленой кроной, окинул взглядом скромно прикрытую фигуру Джасмин все тем же хозяйским взглядом.

— Что-то Глава четвертая 3 страница тебя тревожит?

Джасмин изумленно вскинула голову. Он видит ее насквозь!

— С чего ты взял? Я в порядке.

Эта маленькая ложь насторожила Тарика еще больше. Во всем, что касается ее, он доверяет своему внутреннему голосу. Что-то первобытное, дикое, природное в нем откликается на Мину, какая-то часть его, которая может быть опасной, если не держать ее на привязи.

— Я твой муж. И ты не будешь мне лгать. Отвечай мне. — Тарик погладил огненный шелк ее волос.

— У нас мало времени, — попыталась отговориться Джасмин.

Но Тарика уже не интересовало время.

— Ты ответишь мне.

Маленькие ладошки у его груди сжались Глава четвертая 3 страница в кулачки. Она хотела выспросить у Тарика его тайны, а вместо этого он учинил допрос ей самой. Но она еще не готова к этому!

— Может быть, тебе вдруг стало ясно, что эта дикая земля потеряла для тебя свою прелесть?

Джасмин закатила глаза. От гнева она потеряла самоконтроль.

— Ты сводишь меня с ума своими вопросами!

— Ответь, и вопросы прекратятся.

Предложение было совершенно логичным.

— Я потом тебе расскажу.

— Сейчас. Мина, ты принадлежишь мне. — На этот раз у нее не останется тайн от него. Возможно, четыре года назад юность была причиной того, что она уступила давлению. Но если бы он знал об этом Глава четвертая 3 страница давлении, то вступил бы в бой за нее, и тогда его сердце, возможно, не было бы разбито вдребезги.

Ее вздох означал капитуляцию.

— Я думала о прошлом. Оно еще стоит между нами.

Объяснение прозвучало горячо и серьезно.

Тарик не стал оспаривать ее слов. Воцарилась тишина, которая навалилась на Джасмин тяжким грузом.

— Четыре года, Тарик. — Все ее чувства были теперь обнажены. — Четыре года мы провели далеко друг от друга. И ты отказываешься поделиться хоть крупицей твоей жизни в это время.

Лицо Тарика потемнело еще больше.

— Что тебе нужно знать?

— Что угодно! Все! Не знать ничего об этих четырех годах — это Глава четвертая 3 страница же дыра во мне. Потому что ты был вырван из меня!

— Ты сама это выбрала.

— Но сейчас я сделала другой выбор!

В ответ Тарик отвернулся.

— Пожалуйста, — взмолилась она.

Тарик взглянул ей прямо в лицо, сверля ее глазами цвета потемневшего от времени нефрита.

— По пути домой из Новой Зеландии террористическая группировка должна была совершить покушение на меня.

— Нет! И они...

Он покачал головой.

— Им не представилось возможности.

Он отошел к дереву, прислонился к нему, и ощущение одиночества накрыло Джасмин с головой.

— Они еще действуют?

— Нет. Террористов поддерживало их правительство, которое слетело два года назад. А новое правительство более мирное и финансировать такие Глава четвертая 3 страница покушения не будет.

Джасмин показалось, что он хочет ее успокоить. Эта мысль дала ей мужество продолжать, хотя ледяной тон Тарика красноречиво давал понять, что ей следует отступить.

— Но даже одно!..

И тут он нанес ей разящий удар:

— Они решили, что я слабак и меня легко взять, потому что женщина поставила меня на колени.

Джасмин захотелось кричать от боли. Почти потерять его... И наконец увидеть, что задача ее в тысячу раз труднее, чем представлялось вначале. Может быть, решить ее вовсе невозможно. Прошлой ночью до нее стало доходить, до какой степени гордость и честь неотделимы от природы ее мужа. А теперь Глава четвертая 3 страница она ясно видит, как жестоко была растоптана гордость Тарика мотивом, позволившим террористам осмелиться на покушение. Сила воина, предводителя была подвергнута сомнению из-за того, что он позволил себе поддаться чувствам. И он не простит женщину, которая стала причиной оскорбления.

Тяжелое молчание нарушил громкий зов одного из сопровождающих. Тарик что-то крикнул в ответ, не сводя с Джасмин своих темных, непроницаемых глаз.

— Нам надо идти.

Все еще в шоке, Джасмин тупо кивнула. Она шла за Тариком к лагерю как во сне. Тарик вложил в ее руки тарелку, а когда она не шелохнулась, наклонился к ее уху и прошептал Глава четвертая 3 страница:

— Мина, поешь, иначе я усажу тебя на колени и покормлю.

Она поверила. И быстро, как только могла, съела все. У нее тоже есть гордость.

Когда они поели, Тарик осторожно поднял ее и усадил на верблюда. От него не укрылось, как она боролась с позывами к рвоте, и, устраиваясь сзади на верблюде, он в то же время старался поддерживать ее. Джасмин упорно молчала после его шокирующего признания. И это молчание не нравилось Тарику. Его Мина — это огонь, жизнь, радость. Ему оставалось только гадать, как вернуть свою Мину.

— Держись крепче, — предупредил он, когда верблюд стал подниматься, и крепче обнял ее за Глава четвертая 3 страница талию.

Джасмин ухватилась за его руку, но тут же выпустила его, едва верблюд выпрямился. Тарика мучило ее молчание. Это открытие ему не понравилось. Шейх не нуждается ни в ком. Только дурак нуждается в женщине, которая не способна на верность. Просто за вчерашний день он привык к ее близости, к ее голосу. И ничего больше.

— Весь день будешь дуться?

— Я не дуюсь.

В ее голосе промелькнул характерный для нее огонь. Было что-то такое в ее ответе, отчего ему стало чуть легче. Она не раздавлена, не сломлена.

— Лучше, чтобы ты знала правду.

— Ты больше не впустишь меня в свое сердце?

Ему стало Глава четвертая 3 страница неуютно от этого вопроса в лоб.

— Именно. Я не стану легкой мишенью во второй раз.

— Мишенью? — повторила она хриплым шепотом. — Это не война.

Губы Тарика искривились.

— Это хуже.

После ее возражения он едва понимал, что делает и говорит. Он любил ее больше, чем бесконечные пустыни родной земли, но именно пустыни помогли ему исцелиться.

— Я не хочу с тобой воевать.

Последние слова вернули ему спокойствие, и он мягко ответил:

— Ты принадлежишь мне, моя Джасмин. Навсегда. И нам незачем воевать.

Больше он не откроет ей свое сердце, но и не отпустит ее.

Глотая слезы, Джасмин опустила голову ему на грудь. Когда-то Глава четвертая 3 страница она проползла бы на четвереньках по битому стеклу, чтобы услышать от Тарика это слово. Теперь ей этого мало. Навсегда остаться с Тариком, который не любит ее и уже никогда не полюбит — этого ей мало.

Препятствие, встретившее ее на пути, выросло до немыслимых размеров. Недостаточно убедить Тарика в том, что она верна ему. Когда-нибудь он может простить ее за то, что она не пошла наперекор семье ради их любви, хотя едва ли это будет легко. Но сможет ли он когда-нибудь простить ей второй, сильнейший удар по его гордости воина?

А если она нанесет еще и Глава четвертая 3 страница третий?

Джасмин задохнулась от ужаса. Нет! Никто никогда не узнает, что она незаконная дочь! Никто не попрекнет ее мужа. Об этом известно только ее семье, а ее члены слишком дорожат положением в обществе, чтобы проговориться.

Думаешь, твой принц женится на девушке, которая даже не может сказать, как звали ее отца? Мечтай, сестренка.

Четыре года назад ее сестра нанесла ей удар в самое больное место, и она до сих пор от него не оправилась. Как мог бы Тарик принять ее, тем более полюбить, если на это не хватило даже ее приемных родителей?

Он не поверит, что роскошная свадебная церемония настолько захватила ее, что Глава четвертая 3 страница она попросту забыла свой секрет. Секрет, из-за которого решение Тарика взять ее в жены является заведомо опрометчивым. Восемнадцатилетняя девчонка собиралась сказать ему... пока Сара не предупредила ее о последствиях. Джасмин поверила сестре и сохранила при себе свою постыдную тайну, которой семья попрекнула Джасмин, ставя ее перед выбором.

— Ты поговоришь со мной.

Этот бесцеремонный приказ отвлек Джасмин от мрачных мыслей. Ну да, ему ведь нравится болтать с ней. Вчера он провоцировал ее так, что она трещала как сорока.

Джасмин позволила себе улыбнуться. Как знать, возможно, она способна внушить любовь этому тяжелому человеку. За него бой будет тяжелым. Но разве Глава четвертая 3 страница у нее есть выбор? Она едва не умерла из-за разлуки с ним. Пока у нее есть хотя бы тень надежды, пока ее хищник хочет с ней разговаривать, пока он прикасается к ней так, как будто хочет ее, она будет бороться.

Может быть, еще наступит такой день, когда Тарик поверит ей, полюбит ее настолько, чтобы принять в ней все. А до тех пор тайна, которой ей смертельно хочется поделиться, останется похороненной очень глубоко в ее груди.

— Расскажи мне, — тихо, но решительно произнесла Джасмин.

— Что?

— Что именно они хотели сделать.

— Мина... — Тарик не скрывал раздражения. — Я же сказал Глава четвертая 3 страница: прошлое — это прошлое. Об этом мы говорить не будем.

Он поерзал, поправляя упряжь.

— Я обязана исполнять твои распоряжения, не задавая вопросов?

Тарик долго молчал.

— Никому не дано оспаривать то, что сказал шейх.

— Ты — мой муж.

— Значит, тебе полагается быть послушной женой.

— Если тебе нужно послушание, заведи собаку. Или еще какого-нибудь домашнего любимца.

Джасмин не добавила, что из-за послушной жены он бы через неделю расшиб свой аристократический лоб о стенку.

Руки Тарика крепче сжали ее.

— Нет, Мина, другие любимцы мне не нужны. Потому теперь я могу любить тебя. — Рука Тарика, покоившаяся под грудью Джасмин, проснулась и нажала Глава четвертая 3 страница на ее живот.

И тут он неожиданно стал рассказывать:

— Мы сделали остановку в Бахрейне из соображений дипломатического характера. По дороге из аэропорта два грузовика отрезали мою машину от основной группы.

— А Хираз?

— В то время я был не лучшим спутником. — Тихий ответ Тарика оставил еще один порез на сердце Джасмин, израненном угрызениями совести. — Хираз ехал в передней машине с двумя охранниками. Еще двое ехали в следующей.


documentabmrryf.html
documentabmrzin.html
documentabmsgsv.html
documentabmsodd.html
documentabmsvnl.html
Документ Глава четвертая 3 страница